«Мы уходим на штурм». Памяти свердловчан, погибших на СВО
О том, каким был Виталий Николаевич Марынич, рассказала его жена Юлия:
– Виталий родился 23 ноября 1984 года в Червонопартизанске. Он был единственным ребенком у своих родителей, Любови Викторовны и Николая Александровича.
Однажды мы с дочкой шли по улице, а молодой человек подошел познакомиться. Меня смущало то, что он младше, но мой протест Виталий воспринял спокойно. Узнал, где мы живем, стал приходить, приносить подарки. Вначале я считала его несерьезным, но он поразил меня своими поступками. Уравновешенный, встретит, поддержит и успокоит. Если чтото решил, то добивался. С ним я всегда была спокойна. Так потихонечку мы стали встречаться, вскоре он ушел в армию на полтора года. Он взял ответственность не только за родителей, но и за всех нас. Ехали на природу, собирались на семейные праздники – родители были с нами обязательно, мы без них никуда. Дарил подарки и цветы, чему и сына научил. Он был настоящим папой…
Дедушка с бабушкой купили дочке велосипед, папа учил кататься, на родительские собрания тоже он ходил. Дочка заболела? Папа рядом. Отвезти, помочь, чтото сделать? Снова папа – у него с детьми была тесная связь. Сын родился – папа рядом с первой минуты. Он приходил с работы, забирал его и шел гулять, чтобы я в это время отдохнула. Сын, считай, вырос у Виталия за рулем. Он его учил всему: умеет косить и бензопилой пользоваться, технику разбиратьсобирать, у мужа были золотые руки. Они были везде вместе. Куда бы ни поехал муж: «Папа, я с тобой». Только сыну всего 16 лет, и папы ему сильно не хватает.
Мы все, а особенно сын, вспоминаем папу постоянно: «А папа бы сказал», «Папа бы нас подколол», «Папа бы нам сказал, мол, что вы тут напортачили?» Виталик был добрый, мягкий, а сын резкостью характера и упрямством больше похож на дедушку. Но родители видят в нем Виталика. Однажды к ним в гости приехал Егор, и деда рассказывал: «Вижу мотоцикл за калиткой, кроссовки внука в коридоре, слышу голос и покашливание, так похожее на сына, умом понимаю, что внук приехал. А зайти в дом не могу. Кажется, что это Виталик».
Муж был заботливым: когда я отдыхала днем, он не допускал, чтобы меня беспокоили дети, – будет их занимать, кормить, пока я не встану. Сажусь, например, в машину или вхожу в магазин, – он мне открывает двери. Я не знала, что такое спускаться в подвал за овощами или консервацией, и это одна из многих мелочей. На других смотрю и думаю: «Ну, Виталик никогда бы так не сделал».
В его трудовой книжке единственная запись – шахта «Красный Партизан», проходчик УПР2. С коллегами и друзьями ему повезло, хорошие ребята, он их любил.
Муж мечтал, что, когда детей выучим, станем жить для себя и поедем на море. Мы друг без друга никуда не ездили, всегда вместе. Даже во время мобилизации на шахте предлагали взять путевку на море, а я отказалась, и он ругал меня за это.
В феврале 2022 года мужу позвонил начальник. Несмотря на бронь, надо было съездить в военкомат и отметиться. Они собрались и поехали туда всем звеном, 24 числа всех мобилизовали. Нам, родным, было тяжело принять такое решение. Но знали его позицию: если придется служить, он прятаться не будет.
Первые три месяца он не выходил на связь, мы сильно переживали, плюс нам из военкомата начали звонить с вопросом: «Где ваш муж?» Первое время, когда Виталик вышел на связь, наш разговор был коротким: «Живойздоровый, записывай быстро номер телефона, звони девочкам, мамам и передай, что с такимто человеком все хорошо». Служил в батальоне охраны – Старобельск, Беловодск, Марковка, дальше они были на Купянском, Сватовском Лисичанском направлениях. За все время приходил на побывку всего три раза на двое суток. В последний раз мы его видели 7 марта, он приехал к сыну на день рождения. Было видно, что он нас всех стал любить еще больше. Ему рук, кажется, не хватало, чтобы обнять нас и прижаться. При этом ни разу не сказал о том, как ему там тяжело.
Последнее СМС мне от него пришло 18 марта: «Мы уходим на штурм». После этого он не выходил на связь. В начале апреля мне от него передали привет. О гибели Виталия мы узнали от родственников, военная часть долго этого не подтверждала. Хотя мы были близки, и я чувствовала все, что с ним происходит, предчувствия беды у меня вообще не было. Во время встреч или разговоров по телефону он всегда внушал такое спокойствие, что я никогда не могла подумать, что он… Я не верила. Даже не допускала ранения, не то что может произойти самое страшное. Потом нам позвонили из части и сказали, что муж пропал без вести. Два месяца мы его искали.
В итоге 31 мая нам позвонили: «Тело вашего супруга достали». Он погиб 11 апреля 2023 года, похоронен на Червонопартизанском кладбище.
Дети очень тяжело перенесли гибель папы.
Нам так его не хватает. Умом я понимаю, что его нет, а душа не принимает. Добрый был, хороший, щедрый, любил принимать гостей. В первый день, когда он пришел на побывку, как пошли ребята его знакомые и друзья. Их столько много, и приятно это было, и хотелось побыть с ним наедине. Я сама, родители и дети на него смотрели, не могли насмотреться. Ребята залетали в дом: «Мы только подержаться за тебя, дружище» – и убегали. И на похоронах было много ребят. Очень.
«Пацан он хороший. Жалко такого человека»
О Руслане Ивановиче Бедниченко рассказал его дядя Александр Владимирович:
– Руслан родился 16 ноября 1977 года в Нахичевани (Азербайджан), его родители работали в метрострое, через три года вернулись в родную НагольноТарасовку. Рос шустрым мальчонкой, развитым. С самого детства пацан был – «огонь». Учился в местной школе, заканчивал среднее образование в школе поселка шахты №25. Их дом был на ровной поверхности, а наш стоит под бугром. Школьником Руслан часто там катался с ребятами на санках, а потом прибегал к нам: щеки красные, весь мокрый, но такой счастливый! Мы его накормим, обсушим, и он снова убегал с санками на гору. В школе складывалось поразному, но вырос он добрым и честным. Пацан он хороший, конечно, жалко такого человека.
Как и мы с его отцом, увлекался охотой и рыбалкой. Все вместе охотились на зайца, куропатку, а косуль не трогали никогда. После охоты брат в степи готовил кулеш. Когда племяннику удавалось наловить рыбы, приглашал на уху, потом долго не отпускал, просил задержаться в гостях. Приветливым был, добродушным. А еще настоящим помощником родителям: обрабатывал огороды, помогал по строительству и ремонту. Трудолюбивый, сельский парень, работяга, не боялся никакой работы.
Жил племяш вместе с родителями, но мечтал купить свой дом, особенно, когда появилась своя семья. Очень любил сына и сильно страдал и переживал о разлуке с ним после развода. Чтобы было легче на душе, полностью ушел «в работу». Руслан любил родителей и всех нас, родных, часто приглашал в гости на чай, расспрашивал нас с братом о службе в армии. Племянник не служил и, наверное, поэтому интересовался этой темой.
Работал проходчиком на «Дзержинке» и «Харьковской», относился к работе ответственно. Парень был живой, активный, уделял много внимания спорту. В селе занимался на турниках, как и его отец, постоянно поддерживал прекрасную физическую форму. Мечтал о том, что сможет найти свое счастье, но не спешил заводить знакомства в нестабильной обстановке, сложившейся в стране.
В 2014 году он сам ушел воевать, считал, что должен пойти служить, защищать Родину, погиб почти через год под Дебальцево. Когда приходил на побывку, мало говорил, но с удовольствием помогал по хозяйству. Брат рассказывал, что в последнюю их встречу Руслан сказал: «Бать, я, может быть, уже не приеду, не вернусь. У меня предчувствие такое. Я, может быть, последний раз при ехал…» Еще говорил: «Я не знаю, выживем ли… Там такое творится…»
31 января исполнилось 11 лет со дня его смерти, ему было всего 37. Судя по тому, что за год службы Руслану вручили три медали и крест, он был ответственным человеком, стремился служить хорошо. Родителей его гибель сильно подкосила – ушли вслед за ним в течение двух лет, не перенеся горя…
Страницу подготовила Лариса Никитина
Cледите за главными новостями ЛНР в Telegram, «ВКонтакте», «Одноклассниках».