«Бабушка, а добавка будет?» Памяти свердловчан, погибших на СВО

О своих погибших внуках Иване Селине и Владимире Гулове рассказала их бабушка Юлия Петровна:

– Так случилось, что внуки почти всю жизнь прожили со мной в селе Александровка. Их мама, моя дочь, рано умерла, я детям стала опекуном. В 90­е годы были такие периоды, что дети за обедом просили: «Бабушка, а добавка будет?» Я говорила, чтобы ели, сколько хотели. Мы держали хозяйство, ребята во всем мне помогали: косили сено, перевозили его, скирдовали. По характеру они были разные, но оба послушные.

Учились в школе №14 до 9 класса. Между собой у братьев всегда были хорошие отношения. Мне, наверное, за работой и заботой не было времени присматриваться, как они росли. Я все это воспринимала как должное. Ваня тянулся к творчеству, а Вова – к технике, у него никогда не было свободного времени, все в труде и заботах. 

В юности стал сочинять стихи, его записи остались в нескольких тетрадях, но мне он их не показывал. Работал слесарем на шахте «Красный Партизан». Однажды он получил черепно­-мозговую травму в ДТП, удар по голове бортом грузовой машины. Выздоровел, выписался из больницы и после этого решил, что ему нужно научиться играть на гитаре и петь. На первую же зарплату купил электрогитару, усилитель. Научился сам играть и запел. 

Он был патриотом. Как попал в апреле 2014 года к ополченцам, понятия не имею. Его с друзьями сутками дома не было, а оказалось, что они стояли на блокпостах. Я не знаю, как он связался с Мозговым, но однажды собрался и уехал. «Бабушка, дай мне ложку, кружку, чашку. Я ухожу, в ополчение». Он спешит, а я  бегу за ним: «Ваня, да не ходи ты!» 

На  побывку или в отпуск ни разу не приезжал, не успел, всего-­то месяца два повоевал. Считался без вести пропавшим. Нашли троих убитых в степи или в посадке возле населенного пункта Спорное. У двух ребят документов не было, они были только у Вани. Похоронен на Аллее Славы в Луганске.

Вова родился в 1983 году, ему было всего 6­-7 месяцев, когда его привезли ко мне. Незаметно вырос, девятый класс не закончил и пошел со мной работать в колхоз. Сначала на тракторах, потом выучился на шофера, имел три категории. Был трудягой, увлекался техникой и огородом, везде успевал. Женился поздно, но супруги разошлись. 

Вова перед 2014 годом работал на «Одесской», экскаваторщиком в карьере. После того, как начались обстрелы, один из снарядов попал в карьер и разбил экскаватор и бульдозер, начальник сбежал вместе с деньгами, после чего Вова собрал вещи и поехал к Ивану. Но не доехал, а оказался в батальоне «Заря», там и остался. Брат по телефону посоветовал его не искать, а служить, где служит… В начале мая Вова попал на фронт. Имел несколько наград, грамоты от командования. Они служили вместе со своим меньшим братом Славиком. Был рядовым, но позже присвоили звание ефрейтора. Однажды Славик позвонил (он был ранен) и сообщил, что Вова погиб 9 марта 2022-­го года – не вернулся из разведки под Кременной. Похоронен на нашем сельском кладбище

«Не плачь, мамулечка, у меня ангел-хранитель сильный»

Об Алексее Ерошенко рассказала его мама Любовь Васильевна:

– Алеша родился в Бурятии в 1978 году, там мы с мужем строили БАМ. Приехали в село Александровка, когда сыну исполнилось 13 лет. По окончании 8 класса школы №14 работал на шахте связистом и поездным. Уделял время спорту. У сына были золотые руки, очень любил возиться с техникой – наверное, это ему передалось от отца. «Притянет», бывало, ко двору неработавшую машину, разберет до винтика, что-­то отремонтирует, поменяет все ручки на деревянные, торпеду, панели – и получает «игрушечку». Но только не на заказ, а для себя. 

Повестки в феврале 2022 года ему не было, он по состоянию здоровья служить не должен был, пошел добровольцем: «Мам, я не смогу. Я должен защищать Родину». И 22 февраля ушел в военкомат. Я надеялась, что его отправят домой, однако он стал штурмовиком в казачьем полку. После первого штурма в марте он несколько дней числился без вести пропавшим. Было предчувствие, что он найдется, думала, что он просто пропал. Когда вышел на связь, кричал в трубку отчиму: «Папа, ты не против, можно я тебя буду так называть, папка?!», а ведь до этого всегда называл его дядей Сережей. Позже оказалось, что Алеша получил контузию от взрыва мины, был переведен в авторемонтную бригаду, там был водителем и механиком. Вскоре при обходе территории получил ранение в ногу, не стал долечиваться, и через полгода, когда еще кость не срослась, снова ушел служить. «Там же мои хлопцы, я должен туда вернуться», – говорил врачу. 

Служил водителем, так как сильно отекала раненая нога, потом опять был в штурмовиках. Не прошло и года, как в октябре 2024 года снова пропал и уже навсегда, через время его стали считать погибшим.

В документах указано, что сын был младшим сержантом. Остались нам на память его орден Мужества, присвоенный посмертно, и подарки из дерева, сделанные своими руками. Несколько икон: Матерь Божья, Казанская икона Божией матери, Матрона Московская, фигурка Ангела­хранителя, инвалидная трость для меня. По характеру Алеша был усидчивым, миролюбивым, развивал в себе много талантов. 

Война всех людей меняет кардинально. Находясь дома, он пытался уйти от всего того, что пришлось пережить. Нам казалось, что Алеша был таким же добрым, веселым, как всегда, а в душе он переживал, стал задумчивым. Похудевший, ничего не рассказывал о своей службе, часто рисовал портреты сослуживцев. Мы понимали, что ребята, с которыми он служил, стали его семьей. Мечтал о мире и строил колоссальные планы на будущее: вернуться домой, пройти обучение и стать начальником по ОЖД родных сел Александровка, Панченково и Ананьевка. Хотел, чтобы они снова стали цветущими, чистыми. Когда-­то наша Александровка считалась самым красивым селом. Алеша хотел все это вернуть, чтобы были освещение, постоянное водоснабжение (а для этого планировал поменять трубы), чтобы все дороги были в порядке, а не только центральные. Мечтал о том, что начнет производить резную мебель на заказ, такую, что никто не продает. У него для этого уже было достаточно умений и опыта. До начала 2022 года у Алеши уже были заказы на садовую мебель с рисунками, гравировкой. И мы, родные, знаем, что у него все бы это получилось.

Алеша любил своего сына и племянника, уважал нас, родителей. Дети у меня дружные, старший сын Сережа и младшая дочь Александра сильно переживали за своего брата, когда он попал на фронт. В детстве было всякое, но, когда повзрослели, вставали друг за друга горой. Сережа в юности еще научил Алешу красиво играть на гитаре. Чтобы его послушать, вечерами возле двора собиралось много ребят. У сына были хороший голос и музыкальный слух, пел в основном песни Виктора Цоя.

В последнюю встречу, как всегда, я готовила, хлопотала, а при расставании снова начала плакать. А он успокаивал, как всегда: «Не плачь, мамулечка, у меня ангел­-хранитель сильный, и Бог меня любит – я буду живой». Кажется, что Алеша был ангелом света, из-­за его доброты к нему тянулись люди. 

15 октября 2024 года – день, когда сына признали погибшим. После сдачи и подтверждения анализа ДНК мы получили личные вещи Алеши, там был его нательный крестик. Знаю, что он бы его сам не снял ни при каких обстоятельствах, но не могу принять то, что сына нет, всем говорю, что он жив... 

Страницу подготовила Мария Магеллан