На изломе веков и на срезе эпох: леденящие ужасы Освенцима

Освенцим – один из трагических символов бесчеловечной жестокости. То, что происходило там, не подвластно разуму ни одного здравомыслящего человека. Даже спустя много лет после войны, оказавшись в этом страшном месте, понимаешь – здесь спрессована вся скорбь человечества. Здесь происходили события, которые навек впечатались в память и дикой болью саднят в сердце даже сегодня.

27 января все человечество отметило День освобождения узников лагеря смерти Освенцим. 77 лет минуло с той поры, когда зловещие ворота фабрики смерти взломали воины Советской Армии. Все меньше остается очевидцев тех кровавых событий. И уже некоторые из современных идеологов в искаженном свете преподносят события того времени, сводят на нет небывалый подвиг красноармейцев и трудовую стойкость работников тыла. А в результате наступает историческая амнезия.

Мне, волею судеб, довелось проходить армейскую службу в сос­таве Северной группы войск, что базировалась в Польше. Даже тогда, в начале 60­х годов, здесь ощущались следы немецкого присутствия, что навевало чувство трагичности. Вокруг городка, на высотках – бетонированные ДОТы с бронированными пулеметными колпаками сверху, противотанковые рвы и железобетонные надолбы. Вся цепь ДОТов соединялась подземной железной дорогой с лифтами и лестницами для сообщения.

Служить мне выпало в отдельной бригаде связи резерва Верховного главнокомандования. На случай военных действий личный состав бригады обеспечивал связь Москва­-Берлин, а также с Южной группой советских войск. А так как гарнизон был закрытым, увольнение солдату не светило, поэтому выезд на учение воспринимался с восторгом. Посмотреть на мир за гарнизонной границей, не отвлекаясь от поставленных задач.

Кажется, там стонет земля и поныне

Нашему подразделению поставили задачу – развернуться вблизи Освенцима. В один из дней командование приняло решение – в свободную от дежурства смену военнослужащих свозить в нацистский лагерь смерти, где жуткая действительность переведена в музейную плоскость.

Даже при приближении, при виде зловещих ворот и рядов колючей проволоки невольный холодок пробегает по телу. Далее картины зверств, углубленные еще и собственной впечатлительностью, давят, опустошают сознание, леденят кровь в жилах.

То, что было прочитано о лагерях смерти, увидено на фотографиях, здесь воспринималось, как ужасающая реальность. Верх цинизма – газовые камеры, имитированные под душевые. Только вместо воды на головы страдальцев засыпался удушающий порошок «циклон Б». Изможденные люди­-тени погибали, испытывая адские муки.

Команда из узников, которым тоже суждено было разделить участь смертников, складывали трупы, а потом отправляли их в жерло печи на полуавтоматических вагонетках. Не фабрика, а комбинат смерти дымил круглосуточно, посыпая окрестности пеплом, который и поныне стучит в страдательных сердцах, как бы не пытались исказить те события.

В следующих отделах музея такая же жуть: отрезанные детские косички с бантами, туфельки, ботиночки... Немые свидетельства зверств – фотографии.

Как эти люди, кожа да кости, почти скелеты, могли вообще двигаться?! Бараки, ряды колючей проволоки под напряжением, овчарки, свирепость охранников не оставляли никаких надежд. Полтора миллиона замученных только в Освенциме.

Мало сказать, что посетители покидали музей с чувством подавленности – потрясение охватывало человека. Уверен, многих из нас изменила эта экскурсия.

«Люди! Покуда сердца стучатся – помните»!..

Много воды утекло с тех пор, а со времен моей службы на передних рубежах защиты стран социалистического содружества – более полувека. И, сейчас, наблюдая и анализируя события, происходящие в мире, понимаешь, что мы должны более ответственно относиться к воспитанию подрастающих поколений.

Сегодня исторические события перелицованы. Духовность, патриотизм должны быть в чести у нашей молодежи. Они должны знать о леденящих ужасах Освенцима, Саласпилса, блокадного Ленинграда... Только так можно избежать страшных ошибок прошлого. Человек – он словно дерево: можно вырубить дубину, а можно вырезать икону. Мы не должны допустить, чтобы выросло поколение, враждебно настроенное к героическому прошлому своего народа, и надеемся, что этого не произойдет.

После новогодних праздников идет ряд знаменательных событий: прорыв блокады Ленинграда, победа в Сталинградской битве. Февраль ознаменован освобождением Луганской области, Краснодона и дальнейшим освобождением Донбасса. И мы должны предпринять все, чтобы эти героические события не были искажены и более того – не преданы забвению. Как никогда, сейчас нужны народу сплоченные единство и надежда.

Александр Морозов