Забытые охотничьи тропы Краснодонского округа

– Уже несколько лет в нашем регионе охота ограничена. Насколько критична ситуация с дикими животными в таких условиях? 

– Честно сказать, ситуация двоякая. В обычное время охота – это не просто развлечение, а инструмент регулирования численности диких животных. Когда очередной сезон охоты закрывается, мы проводим специальные мероприятия, чтобы популяция хищников не выходила за рамки нормы. Почти десять лет охоты практически нет, и, естественно, нет и сдерживающего фактора. Возьмем, к примеру, лису. По нормативам на тысячу гектаров должна приходиться одна особь. Наше охотугодие охватывает почти 75 тысяч гектаров, и, следовательно, должно быть всего 75 лис. Ежегодно в феврале или марте мы проводим учет, который показывает, что численность особей у нас превышает норму. И это без учета весеннего прироста. Сейчас к осени молодняк окреп, и хищники начинают искать легкую добычу. Конечно, им проще прийти в ближайший населенный пункт, чем бегать по степи за мышью. Именно поэтому регулировка численности – это необходимость, а не прихоть.

– Посчитать по головам просто невозможно. Существует специальная научная методика. Мы выходим на территорию, разбиваемся на группы: одна «гонит» зверя, а вторая стоит на контрольных точках и фиксирует всех увиденных особей. Зная площадь угодий и количество замеченных животных, мы по специальной формуле вычисляем общую численность. Все данные заносятся в учетные листы, под которыми подписываются специалисты. Затем мы сводим это в общую ведомость по всему нашему охотхозяйству.

– А подсчет животных можно делать в любое время?

– Нет, учет – это строго регламентированный процесс. Есть четкие сроки, которые прописаны законодательством. Например, подсчет хищников проходит в феврале-марте. Это очень важно, чтобы понять, сколько животных осталось на территории после сезона охоты, не допустили ли мы перестрела, насколько мы «радивые хозяева». 

– Насколько сложно проводить все необходимые мероприятия в условиях СВО? 

– Это главная трудность. Все мероприятия мы можем проводить только на доступных участках, а это примерно половина территории. Остальное закрыто по разным причинам. Радует то, что администрация нас слышит и понимает проблему. Раньше, когда наша республика только начинала формировать свои законы, нам приходилось самостоятельно согласовывать каждый шаг с силовыми структурами. Сейчас механизм стал для нас проще, мы работаем с администрацией города. Проводится заседание, составляется протокол, где четко прописано, кто и за что отвечает. Мы получаем разрешение из Министерства природы и экологии, разрабатываем график и накануне выхода уведомляем силовые структуры – полицию, Росгвардию. Конечно, ситуация на местах меняется быстро, и нам могут отказать в выходе на конкретный участок в определенный день, но это рабочие моменты, и мы относимся к ним с пониманием. 

– Охота – главное занятие вашего общества, или есть то, что остается «за кадром»?

– Кроме охоты, на наших плечах лежит много других моментов: мы обязаны проводить подкормку, вакцинацию животных, ну и, конечно, регулировать их численность. У нас есть «костяк» – человек 25-30, настоящие фанаты своего дела. Именно на наших плечах и лежит вся нагрузка. 

– Много ли людей у вас в обществе? 

– Ситуация менялась много раз. В 2015-2020 годах, когда охота была закрыта, интерес угас, оставались десятки человек. Потом, когда охоту разрешили, а в соседних районах она была под запретом, к нам потянулись люди. В какой-то момент в наших рядах было до 500 человек. Но стоит помнить о том, что охотник – человек прагматичный: если охоты нет, многие уходят. Сейчас у нас остались самые преданные люди, включая охотников из Луганска, которые вступили в наше общество много лет назад, остались и помогают нам во всем. Наши ребята ушли на фронт и сейчас выполняют свой долг. Мы помним о каждом! Есть и те, кто вернулся после контузий и ранений и сразу включился в работу. Это люди, которые искренне переживают за природу. 

– Сейчас безобидных диких животных замечают в частном секторе недалеко от города. Бытует мнение, что хищники тоже рыщут где-то рядом, действительно ли это так? 

– Не обязательно. Тому же зайцу живется и без хищников несладко: птицы, жара, болезни. У них одно спасение – убежать и замаскироваться. У нас сейчас есть другая проблема, пострашнее хищников, – бродячие собаки. Они сбиваются в стаи и охотятся организованно: одни гонят зверя, другие устраивают засады. Я сам видел, как они это делают, и скажу, зрелище ужасающее.

– Какие хищники сейчас встречаются в наших лесах?

– Традиционно у нас живет лиса, волк, енотовидная собака. Примерно с 2020 года мы столкнулись с новым «гостем» – шакалом. Сначала его заметили на границе с Ростовской областью, теперь он освоился. Он наглее лисы, даже занимает ее норы. Мы активно регулируем его численность: за прошлый сезон добыли 16 особей.

– Что в работе охотпользователя вы считаете самым важным?

– Нельзя выделить что-то одно. Охота – это охота, а биотехнические мероприятия – это обязанность. Наше общество работает 365 дней в году вне зависимости, есть охотничий сезон или нет. Зимой, когда наступают холода, мы сто дней работаем на подкормочных площадках. Это непрерывный цикл: весенне-осенняя периоральная вакцинация от бешенства со специалистами ветслужбы, учет численности, охрана угодий. Мы те, кто обеспечивает баланс в лесу, и пока есть такие неравнодушные люди, природа нашего края будет под защитой.

– Насколько все эти мероприятия влияют на результат регулировки численности? 

– Если мы вовремя заметили болезнь, сообщили ветеринарам, предотвратили падеж, если вовремя подкормили зверя – это сказывается на всей охоте. Регулирование численности – это огромный пласт работы, который ложится на плечи охотпользователя. У нас есть специальное соглашение с Министерством природы и экологии, где четко прописаны обязанности сторон. 

– Сейчас все держится на энтузиазме ваших людей?

– Скорее, да. Наше общество существует десятилетиями, мы арендуем помещение уже достаточно долго. И люди платят взносы не только ради возможности поохотиться, но и чтобы сохранить наше общество. Нас осталось сейчас не так много, но все мы искренне переживаем за общее дело. Я всегда говорю: если ты хочешь быть частью коллектива, ты должен быть вовлечен, а не просто ждать, когда тебе дадут поохотиться.

– Вы строго следите за тем, кто входит в угодья? 

– Когда я подаю списки на регулировку численности, они проходят жесткую проверку через Росгвардию. Если человек не перерегистрировал оружие или не имеет действующего охотничьего билете РФ, он не пойдет с нами. Бывало, приходилось вычеркивать людей из списка. Это закон, и он для всех один. А принимать участие в регулировании численности хищных животных может любой член общества, который заплатил ежегодные членские взносы.

– А что делать, если охотник ушел из жизни, а его оружие осталось в семье?

– Если оружие дорого как память, его можно унаследовать, но оно в любом случае должно стоять на учете. Просто так, в сейфе и без бумаг, оно лежать не может. Процедура непростая: наследник вступает в права, а дальше принимает решение, продать или оставить себе. Если человек хочет оставить оружие, он обязан пройти весь путь: получить медицинские справки, пройти обучение, сдать охотминимум, уплатить страховки и получить удостоверение охотника РФ. Даже если им никто не будет пользоваться, все равно оно должно быть оформлено по всем правилам. В Российской Федерации по-другому нельзя, и это правильно – с оружием шутки плохи. 

– Какими качествами должен обладать будущий член вашего общества? 

– Прежде всего осознанность и ответственность. Важно понимать: охота – не просто выстрел, а огромная ответственность и ежедневная работа по сохранению природы. Если вы готовы не только брать, но и отдавать – добро пожаловать в наше общество! Многие видят лишь вершину айсберга, но за каждой путевкой стоит большой труд. Мы постоянно вкладываемся в угодья: закупаем соль, строим кормушки, тратим личное время, ресурсы, чтобы звери были сыты и здоровы. Мы строго следим за порядком. В нашей организации работают егеря, четыре производственных инспектора. Они имеют право составить акт о нарушении правил охоты. Дальше этот документ идет в Министерство природы и экологии, где на его основании выписывается протокол и назначается административное наказание. Поэтому главный совет новичкам: уважайте правила, уважайте природу, и тогда охота принесет вам не только трофеи, но и чувство выполненного долга.

Екатерина Евсеенко