Есть ли замена пионерам в ЛНР? Отвечают краснодонцы

Валентина:

– Я не особо вникала во все молодежные дела, но, по-моему, сейчас ничего нет. Молодежи некуда себя деть, и поэтому они выпивают и курят. Раньше были пионеры, комсомольцы, которые постоянно помогали бабушкам перейти через дорогу, донести до дома продукты или помочь их купить. Мы все росли работящими и трудолюбивыми, а сейчас этого нет. Молодежь постоянно сама по себе. Им нет дела до происходящего вокруг.

– У меня внук недавно окончил школу, сейчас учится в вузе. Он очень активный и состоял во многих организациях, но я не помню, как они называются. Он и постовцем был: ребята в военной форме, с автоматами несут караульную службу. Еще он был в волонтерской организации. Сейчас придумали много всего нового для молодежи, главное – просто найти то, что будет действительно ваше. У моего внука такая насыщенная общественная жизнь, что, по-моему, он от нее устает больше, чем от учебы. Организаций много, и каждая занимается своим делом. Кто хочет быть полезным, тот находит, куда направить свои силы.

Людмила Александровна: 

– Я знаю о «Движении первых». Молодежь должна во что-то верить, быть патриотами и стремиться сделать свою страну лучше, и «Движение первых» направлено именно на это. Я в свое время была и пионером, и комсомольцем. Мы собирали металлолом и макулатуру, сажали деревья. И знаете, я еще в школе посадила в нашем парке, возле летнего кинотеатра, дерево, и оно до сих пор там растет. Каждый раз прохожу мимо него и смотрю, какие мы молодцы были. Наше поколение все делало само: мы белили деревья, убирали в классах и на территории школы. Но сколько лет это пытались убрать и сделать из детей лентяев. Сейчас все стало заметно улучшаться. Дети становятся патриотичнее, знают историю и верят в будущее своей страны, и все это только радует.

Дмитрий:

– На мой взгляд, все развивается немного не в том русле, которое нужно. У нас есть и «Юнармия», и «Движение первых», и Пост номер один, и какой-то волонтерский отряд, но просто помочь человеку, когда это нужно, некому. Все делается только под объективами камер… А без них молодые люди ругаются матом, выпивают и ведут себя не очень достойно. Возможно, я обобщаю, и не все такие, но те, кому действительно нужна помощь, практически никогда ее не получают.

Вадим:

– Если у вас нет детей, то вы и не будете знать про все эти движения. Я чаще всего в городе вижу и по нашему каналу идет речь про «Юнармию». В передачах рассказывают, что они помогают старикам, наводят порядок в городах, принимают участие во многих мероприятиях. Если это все действительно правда, то молодцы, и польза от них есть! А если это просто для отчета, то отчитываются красиво. Сам лично я с ними не сталкивался.

Валерий Евгеньевич: 

– Молодежные движения и организации – это хорошо. Сейчас они у нас есть, и я наблюдаю, если ребенок вступает в движение, он становится более ответственным, культурным и умным. Я надеюсь, что в скором времени мы вернемся к нормальной системе образования, такой, которая была в Советском Союзе. Тогда у нас все точно наладится, потому что уровень знаний вырастет в разы. Сейчас основная проблема не в том, что нет молодежных движений, а в том, что практически вся жизнь школьников в телефонах. Они мало общаются вживую, а все движения, которые есть сейчас, помогают им общаться. Дети, которые участвуют в общественной жизни, более эрудированы, они могут правильно оценить всю поступающую информацию.

Галина Ивановна: 

– Я в таком возрасте, что больше нахожусь дома. О молодежи много рассказывают, но я сильно не вдаюсь в подробности. Скажу, что в нашем городе молодежь неплохая. Мой внук заканчивает университет в этом году. Не знаю, состоит ли он в каком-то движении, но он занимается в спортзале. В мое время были пионеры, и если вспоминать мои школьные годы, то мы делали очень много всего: нас посылали на помощь к отстающим ученикам, мы помогали пожилым людям то продукты принести, то заборчик поправить… Сейчас не слышала, что таким кто-то занимается из молодежи…

Тамара:

– В школах пытаются воссоздать то, что было в те времена, когда я училась. Я рада этому. Есть много движений: «Движение первых», «Юнармия» и просто волонтерские отряды. На базах школ создаются специализированные классы, которые помогают детям выбрать свой путь в жизни. Это радует, но не вся молодежь «горит» этим. Многие вступают в эти движения, просто приветствуя личные цели: бесплатные поездки, может, какой-то пиар. И вот такие люди, которые пришли не просто так, а с определенной целью, портят общую картину. Их сразу видно, потому что все заканчивается на показухе… А так идеи у новых движений хорошие, пусть молодежь в них вступает, пусть стремится делать этот мир лучше! Я уверена, что все получится! Мы встали на верный путь.

Павел:

– Я не знаю никаких движений, но думаю, что все зависит от воспитания ребенка: что родители и учителя вкладывают в детей, такое общество мы и получаем. Раньше с молодежными организациями было хуже, и мы все еще страдаем от этого провала, который создала прошлая власть. Полезны или не полезны эти движения, я пока судить не могу, не сталкивался. Но наше общество меняется, как и приоритеты молодежи, и у всех эти перемены очень разные. Опять же говорю, кого как воспитывали… Надеюсь, что все наладится, и у молодежи будут правильные ценности, тогда они и без движений будут приносить пользу.

Лилия: 

– Я сама была и пионером, и комсомолкой, и у нас была очень насыщенная жизнь: разные слеты, ходили на встречи, ездили в цирк. С моей точки зрения, раньше было хорошо, сейчас все стало намного хуже. Нет такого сплочения в нашем обществе. Молодежь уже не та, не такая, как мы раньше были. У нас было очень весело, мы жили хорошо. Многие говорят, что при Советском Союзе жилось плохо, я такого сказать не могу, мне жилось очень хорошо. Все было доступно, дешево, а сейчас далеко не так.

Опрос провела 

Екатерина Козлова